ПОЛУЧИТЕ

УЧАСТНИК №200

Авторитет науки VS научный авторитет

30.11.2013

kinogoon.blogspot.com-00003

В 1909 году мы с Зигмундом приехали в США с некоторыми нашими коллегами, чтобы выступить там с публичными лекциями. Мы переезжали из города в город, и нас встречали просто чудесно. Оказалось, что Фрейд для америки как бог. Зигмунд впервые был в лучах славы, которой он не ожидал. Американцы — студенты, а особенно студентки были поголовно влюблены в него, и его теорию. Некоторые из них весьма нескромно проявляли свои чувства.

Зигмунд очень странно реагировал на эти знаки внимания и проявления страсти. Однажды утром Фрейд признался, что ему снятся эротические сны об американках. «Я очень плохо сплю с тех пор, как приехал в Америку, — сознался Фрейд. — Мне все время снятся проститутки, проститутки, проститутки». «Ну так почему бы тебе не предпринять что-нибудь для решения этой проблемы?» спросил его я. Фрейд отпрянул от него в ужасе: «Но ведь я же женат!» — воскликнул он.
Что он имел ввиду, под решением проблемы, я понял не сразу.

Очень долго ходили слухи, что Фрейд и сестра его жены Минна были любовниками. Минна была красивее и значительно умнее своей сестры Марты. Фрейд очень любил беседовать с ней и рассказывать ей о своей теории психоанализа. Он однажды написал мне, что Минна очень похожа на него самого: они оба были «неуправляемыми, страстными и не очень хорошими людьми». Марта же, в отличие от них, была, по его словам, «очень хорошим человеком». Фрейд любил путешествовать. Минна часто сопровождала его, а Марта оставалась дома с детьми. И так продолжалось годами.

Я неоднократно предлагал Фрейду обратиться ко мне, как к психоаналитику и стать моим пациентом. Фрейд всегда, довольно холодно отказывался от этих предложений. Он мог подолгу, после этих разговоров не общаться со мной.

До сих пор помню, как Фрейд сказал мне: «Мой дорогой Юнг, обещайте мне, что вы никогда не откажетесь от сексуальной теории. Это превыше всего. Понимаете, мы должны сделать из нее догму, неприступный бастион». Он произнес это со страстью, тоном отца, наставляющего сына: «Мой дорогой сын, ты должен пообещать мне, что будешь каждое воскресенье ходить в церковь». Скрывая удивление, я спросил его: «Бастион — против кого?» — «Против потока черной грязи, — на мгновение Фрейд запнулся и добавил, — оккультизма». Я был не на шутку встревожен — эти слова «бастион» и «догма», ведь догма — неоспоримое знание, такое, которое устанавливается раз и навсегда и не допускает сомнений. Но о какой науке тогда может идти речь, ведь это не более чем личный диктат.

Фрейд никогда не задавался вопросом, почему ему постоянно хочется говорить именно о сексе, почему в мыслях он все время возвращается к одному и тому же предмету. Он так и не понял, что подобная однообразность толкования означает бегство от самого себя или, может быть, от иной, возможно мистической, стороны своего «я».

…В Америке случилось нечто, что нанесло нашей дружбе тяжелый удар.

И когда Фрейд увидел и пересказал мне сон… Я объяснил его, как сумел, но добавил, что сказал бы много больше, если бы Фрейд поведал мне о некоторых обстоятельствах своей личной жизни. Фрейд бросил на меня странный подозрительный взгляд и сказал: «Но я ведь не могу рисковать своим авторитетом!» В этот момент его авторитет рухнул. Эта фраза осталась на дне моей памяти, она явилась концом наших отношений. Фрейд поставил личный авторитет выше истины.

Теперь я начал осознавать, почему психика самого Фрейда вызывала у меня такой интерес. Мне хотелось выяснить, каковы его собственные предпосылки, как он сам приходит к пресловутому «разумному решению». Для меня это стало своего рода вопросом жизни и смерти, и я готов был пожертвовать многим ради того, чтобы найти ответ. И теперь я почти уяснил, в чем дело: очень похоже, что Фрейд, сам страдал от невроза, что установить было совсем несложно, и симптомы его болезни были крайне неприятны, что и проявилось во время нашего путешествия в Америку.

Из воспоминаний Карла Густава Юнга

Обзорная лекция

Обзорная лекция

Обзорная лекция